Ноутбуки ведущих производителей
РусМТ – ноутбуки ведущих производителей
Ноутбуки
  Курс (нал.) 1$ 62.00

Безнал 1$ 64.00

Войти в корзину
Товаров: 0
Сумма: 0 руб
(495) 080-12-33 33455772
995423
О фирме Способы оплаты Доставка ноутбуков Ноутбуки в кредит Наши акции Гарантийный отдел Trade-in Выбери свой стиль

RoveBook

Ноутбуки Asus

Ноутбуки Acer

Ноутбуки Fujitsu-Siemens

Ноутбуки Toshiba

Ноутбуки Sony

DELL

LG

IRu

Bliss

Подбери себе ноутбук

Аксессуары

Комплектующие

Компьютеры

Hewlett Packard

MP3 плейеры

Цифровые фотоаппараты

КПК, коммуникаторы

 

«Конкуренция — наследие прошлого века»

 

«Конкуренция — наследие прошлого века»

Редакция vc.ru публикует краткое изложение интервью — о том, действительно ли компания «МаксимаТелеком» монополист, сколько она зарабатывает на рекламе и где планирует развиваться, помимо метро. Дважды в месяц генеральный директор компании «Нетологии-групп» и ведущий подкаста «Рунетология» Максим Спиридонов беседует с российскими предпринимателями в сфере цифровых технологий и интернета.

Была ли на старте эта затея авантюрой? Сегодня «МаксимаТелеком» выглядит эффективным бизнесом.

Я — точно нет. Мы не авантюристы. Конечно, «гаража» у нас не было. Это классический стартап: отсчёт шёл с нулевой отметки. Зато была металлоконструкция опытного перегона, которую я лично сварил газовой горелкой.

В том числе мы возлагали большие надежды на big data, о которых тогда ещё не трубили на каждом углу. Ну, а бизнес-идея базировалась на обоснованных, с нашей точки зрения, соображениях. Всё это вместе должно было создать новую парадигму и новую бизнес-модель. Мы придумали бизнес-модель с тремя главными опорами: во-первых, строительство уникальной сетевой инфраструктуры и управление ею, во-вторых, интернет и рекламный бизнес, в-третьих, те самые большие данные.

Такую строчку редко встретишь в биографии управленца из интернет-бизнеса. Вы член Нью-Йоркской академии наук.

Действующим учёным я себя сейчас не назову. Я долго занимался наукой: по образованию — инженер-физик, доктор наук. Впрочем, я всегда делал одно и то же: развивал идеи, добиваясь результата.

А какие вопросы вы в основном решаете в компании?

Привлекать лучших профессионалов в каждой сфере. Моя идеальная задача — создавать заинтересованным грамотным людям оптимальные условия для достижения результатов. Всегда стремлюсь найти тех, у кого смогу чем-то научиться. Чем я и стараюсь заниматься.

Например, участвую в интервью с людьми, которых точно можно принимать на работу без меня. Зачастую, правда, ударяюсь в микроменеджмент, хотя это, наверное, неправильно. Скорее всего, это пережиток стартапного времени. Втягиваюсь в процессы и продукты, которые меня страшно занимают. Недавно я с изумлением открыл для себя, что есть сотрудники, которых я уже не знаю по именам; компания быстро растёт.

Вы вывели для себя какие-то фундаментальные правила подбора кандидатов? Раз мы заговорили о сотрудниках.

С другой — хочу, чтобы кандидаты всё-таки имели формальную квалификацию. С одной стороны, я придерживаюсь классических правил. Когда я ищу продуктового менеджера для проектной работы, я предпочитаю, чтобы у него было проектное образование.

Я готов делать исключения, но, по большому счёту, хочу, чтобы у него или у неё были сертификаты PMI и так далее. «Продать» мне ветеринара, который страстно увлекается проектным управлением, как правило, не удаётся. Возможно, это «старая школа», но так уж я люблю.

Чтобы шли на собеседование как в последний бой. Мне нравятся бодрые люди. И очень люблю, когда в компании работают подолгу. Мне по душе, когда соискатели чётко рассказывают о своих результатах.

С такой бизнес-моделью, с такими пропорциями в получении прибыли. Кому принадлежит идея построить компанию именно такой, какая она есть?

У нас они в большей степени сходятся. Существуют intended strategy и realized strategy — предполагаемая и воплощённая в жизнь стратегии. Бизнес-модель была задумана группой единомышленников, которые раньше работали вместе и в которую вхожу и я.

Значительную — менеджмент, к которому я в том числе отношу себя, нашего выдающегося технического директора и тех, кто присоединился к компании впоследствии. Решающую роль в замысле сыграли акционеры.

Пропорцию между поступлениями от рекламы и платежами от пользователей вы тоже предугадали?

Однако, как ни удивительно, мы имеем тот сплит выручки, о котором и думали. В процентах сказать не готов. Это сделано для удобства тех пассажиров, которые торопятся и используют сеть недолго. «Премиум-пакеты» — плата за сервис по отказу от рекламы — занимают не слишком большое место в нашей доходности.

Это сложно интегрированные интернет-сервисы, сервисы с глубоким таргетированием. Значительно важнее для нас новые сервисы, основанные на данных. Точнее, платят за результат. Рынок и рекламодатели платят за них хорошую премиальную маржу. Не столько за факт размещения рекламы, сколько за перфоманс — ту конверсию, те физически измеримые результаты, которые мы им даём.

Возврат на рубль, потраченный у нас, зачастую кратно выше, чем в сопоставимых каналах. Вложения в нашу рекламу для них крайне эффективны с точки зрения возврата инвестиций в маркетинг. Кстати, мы помогаем рекламодателям и в том, что касается таргетирования рекламы и её создания.

Наша деятельность не ограничивается метрополитеном или транспортной сетью Москвы, или транспортной сетью Петербурга, где мы сейчас развёртываем такую же сеть, только нового поколения. Также мы оказываем межоператорские услуги, услуги связи. Всё-таки мы привыкли говорить о свершившемся, а не о намерениях. Есть ещё целый ряд проектов, распространяться о которых пока рано.

Многие прибегают к вашим услугам за пределами московской подземки?

Кстати, мы оператор единого Wi-Fi-пространства Москвы в транспорте. Да. В метрополитене инфраструктура принадлежит нам, а в московском наземном транспорте — нет. Причём используем и партнёрские модели. Там мы объединили усилия с Мосгортрансом и с компанией NetByNet — подразделением «Мегафона», это наш каналообразующий партнёр.

То же самое есть и на МЦК, и на железной дороге (в связке с «Центральной пригородной пассажирской компанией»), и в «Аэроэкспрессе», и в ресторанах Аркадия Новикова, и ещё во множестве «подсетей», как мы их называем. Занимаемся монетизацией, идентификацией — в общем, верхним уровнем. А их становится всё больше и больше.

С другим партнёром мы делаем то же самое более чем в двадцати ключевых региональных аэропортах и постепенно охватываем новые. В московском «Внуково» мы работаем с уже упомянутым NetByNet. Наша цель в первом приближении — создание единой комфортной бесшовной сети в местах массового присутствия абонентов.

У большинства есть доступ к мобильному интернету, который бывает не хуже, а то и лучше Wi-Fi. Насколько целесообразно развиваться «над землёй»?

В то же время всегда важен выбор. Это правда. Кроме того, растёт потребление цифрового контента. Услуги операторов тарифицированы, мы же предоставляем сервис на других основаниях. В конечном счёте абонентов интересуют две вещи: бесшовность и качество сессии; чтобы она была постоянной и быстрой.

Wi-Fi в метро — всё ещё доминирующая часть вашего бизнеса?

Но понятно, что мы нацелены на то, чтобы бизнеса стало больше. Пока да. Там мы вовсе не исчерпали потенциал сервисов и другие возможности развития. Повсюду, включая метро. Мы видим так: модель оператора мобильной связи трансформируется в модель оператора клиентского — или абонентского — опыта. Как я уже сказал, наша задача — создание единого бесшовного пространства, которое мы называем «пространством пользовательского опыта».

Собираетесь ли вы конкурировать напрямую с мобильными операторами?

Любые современные модели бизнеса в той или иной степени коллаборативные. Мы не собираемся ни с кем конкурировать, поверьте. В наше время любые сервисы, любые бизнес-модели жизнеспособны настолько, насколько они коллаборативны. Конкуренция — наследие прошлого века.

Компания считала, что это её ключевой актив, и всячески пыталась никого к нему не допустить. У Nokia была предельно закрытая платформа. С моей точки зрения, бизнес-модель в чём-то ущербна, если в соответствии с ней приходится с кем-то активно конкурировать. Пример обратного — Apple с экосистемой вокруг неё. Либо она должна сделать конкурента нерелевантным, либо должна быть кооперативной.

И не конкурируете ни с кем скорее потому, что рядом с вами никого и нет — особенно в метро. Вместе с тем вы монополисты.

На улице — самые разные поставщики услуг связи. Не готов с вами согласиться. Знаете, в своё время Билла Гейтса тоже долго склоняли на все лады за то, что он якобы монополизировал операционную систему. В метро всё тоже не так, как вы сказали.

Он её написал, а другие не написали. Да ничего он не монополизировал. Пошли и на свои деньги — средства акционеров, инвесторов — построили полезный сервис. Так же и мы. Отсутствие? Что же мы монополизировали? Тишину в метрополитене, где ничего не работало?

У нас в стране огромное количество грамотных сетевиков и мобильных операторов высочайшего класса. Вопрос не в том, как мы делаем, не в системной архитектуре. Это вопрос бизнес-модели, не вопрос монополии. Просто кому-то выгодно этим заниматься, кому-то — невыгодно. Сейчас на рынке столько умов и столько денег, что в момент скопируют что угодно, если увидят выгоду.

Кроме Сергея Асланяна, который возглавляет совет директоров. Мы не нашли данных о том, кто владеет компанией.

Участвуем в публичных торгах, а заявка на любые публичные торги в Российской Федерации предполагает раскрытие акционеров, бенефициаров. Мы раскрываем своих акционеров, никаких тайн.

Это люди из числа топ-менеджмента в телекоме?

А Сергей Гарегинович (Асланян), безусловно, один из опытнейших менеджеров, в том числе в телекоме. Нет, это люди с опытом в бизнесе.

Или в процессе? А инвестиции вы уже вернули?

Расчётный срок окупаемости — около семи лет. Мы возвращаем их со скоростью, предусмотренной нашей финмоделью. И мы на правильном пути.

Операционно вы убыточны или прибыльны?

А маржинальность?

И вот по какой причине. Мы считаем, что о ней говорить пока не стоит. Это умение развёртывать уникальные инфраструктуры связи, чем мы и занимаемся ежедневно. «МаксимаТелеком» сочетает несколько разных компетенций. Например, в сентябре запустили очередную ветку в Петербурге, сейчас строим последнюю из пяти.

Поэтому сама маржинальность, даже если я назову этот показатель публично, вызовет целый ряд вопросов. Также это работа в интернет-направлении, рекламный сейлз-хаус. Для чистого сейлз-хауза — нет. Очевидно, для инфраструктурной компании показатель очень высокий.

Возможно, в следующем году мы проведём внутри компании разделение на профильные лица, чтобы у каждого были сопоставимые с «пирами» в группе мультипликаторы. Но дело-то в том, что мы, хоть уже и не стартап, но растём параллельно в нескольких направлениях. Не то чтобы нам есть что скрывать — нет. Тогда будет проще. И оговорюсь на всякий случай: речь не идёт о подготовке компании к продаже.

Сколько человек работает в компании и какие у неё основные подразделения?

Мы придерживаемся «агрессивного аутсорсинга». Основной состав — несколько сотен человек. Мы Agile-компания, а in-house у нас сосредоточены только ключевые компетенции. Аутсорсим всё, что можно. В реальности масштаб компании существенно больше. Внутри — только те, без кого у нас что-то немедленно пострадает, каждый из них уникален.

Те, кто добывает выручку; те, кто реализует внутренние бизнес-процессы, создаёт продукты; ну и классический бэк-офис. Структурное деление обычное: фронт-офис, мидл-офис, бэк-офис.

Сумма верная? По оценке «ТМТ Консалтинг», в 2016 году доходы «МаксимаТелеком» от рекламы составили чуть менее 2 млрд рублей.

В диапазоне коллеги в целом не ошибаются. Похожая на правду.

Насколько таргетированную? Вы продаёте не «ковровое бомбометание», а таргетированную рекламу?

Мы никому не навязываем таргетирование, просто даём людям выбор. Честно говоря, мы ничего не продаём. Доказано, что это благотворно влияет на потребление. Есть компании, которых интересует любой, кто посмотрит их рекламу.

Есть компании с крайне узкотаргетированными продуктами. В свою очередь, у нас огромная аудитория, и большинство рекламу видит. Например, если это какое-то лекарство. Бывает, бренд, напротив, не хочет, чтобы его продукт видела нецелевая аудитория.

Есть дальнейшие планы по городам страны? Вы работаете в московской подземке, теперь ещё в метро Петербурга.

Но рассказывать о них не будете?

А чего вы ждёте от соглашения с Google?

Вернее, не ждём, а получаем; это действующее соглашение. Трёх вещей. Нам отрадно, что Google, равно как и «Яндекс» наряду с другими мегакомпаниями, с самого начала увидел в нас равного партнёра, разглядел ценность нашей бизнес-модели. Первое — нематериальное, но приятное: признание.

Мы продаём рекламу качественно. Второе: нам не хватает трафика. Спрос превышает предложение. Соответственно, рекламодателей, желающих эту рекламу разместить, у нас гораздо больше, чем мы способны удовлетворить по части трафика.

Мы не используем ботов, всё продаём по-честному, что рекламодатель и видит по результатам. Каждый наш рекламный контакт — верифицируемый. И партнёрство с Google — это в том числе дополнительный, качественный трафик для нас.

Мы же коммерческая компания. Третье: выручка.

Вы получаете выручку от рекламы не только на ваших страницах, но и на страницах других сайтов, куда заходят пользователи через вашу сеть?

Есть детали, но в главном вы правы. Абсолютно точно. Что даёт нам возможность расширить наш инвентарь качественным контролируемым инвентарём, не снижая качество контакта с целевой аудиторией.

Куда вы идёте? При великом множестве планов каким вы видите конечный образ своей победы?

Это же мой самый сокровенный секрет. Ну как же я вам могу такое рассказать? Останется только выключить свет в офисе и пойти домой. Мне тогда будет нечего делать.

Но никогда нельзя делиться мечтой. Соглашусь, всё решает реализация. Лучше будем периодически радовать сделанным и вас, и читателей, и клиентов. Поэтому не буду. Они настолько интересные, что я сам сижу ночами и читаю книжки, которые раньше не читал. Идей много. И про 5G, и много про чего ещё.

Всегда пытаюсь протолкнуть себя дальше. Признаться, я невысокого мнения о себе. Вот мы вместе с командой и соединяем такие вещи. Но есть один навык, который мне в себе по-настоящему нравится: умение соединять очень разные вещи. Как видите, уже свели воедино оператора связи и оператора рекламы, большие данные и психологию.

Это когда люди говорят: «Мы здесь заняты производством ферросплавов, и мы должны жить так, как живут те, кто производит ферросплавы». Я очень давно понял, что худшее в мире — это отраслевая догма. Или: «Мы операторы мобильной связи, и мы должны жить так, как правильный оператор мобильной связи».

И когда начинали, над нами смеялись. Ну, а мы решили жить по-неправильному. Не тратьте время, возьмите книжки Cisco и прочие учебники, перечитайте и успокойтесь». Говорили: «Слушай, такого не бывает. Мы перечитали — и нам стало ещё интереснее.

Когда и за что последний раз вы увольняли человека?

Каких качеств чаще всего не хватает людям в российском технологическом бизнесе?

Эмоционального интеллекта и позитива. Эмоциональности.

Какой современный ИТ-продукт, устройство, сервис вам не нравится или даже раздражает?

У меня дома прекрасная микроволновая печь очень уважаемой немецкой фирмы. Возможно, это даже смешно. И когда рабочий цикл закончен — что-то разогрето или постирано, — устройство может пищать, наверное, пока энергоресурсы на Земле не истощатся. И того же производителя стиральная машина.

Если я ближе к ночи запускаю стиральную машину, почему она не даёт мне спать до утра? Хочется понять, зачем так сделано.

Какой управленческий навык у вас слабее других?

Просто хочется делать это лучше, быть позитивнее. Наверное, мотивирование сотрудников. Так сказал один из моих действующих руководителей: менеджер — это печень, которая перерабатывает плохие новости. Но работа менеджера есть работа по метаболизации плохих новостей.

Полная версия доступна на Soundcloud. Это интервью — сжатое изложение 314-го выпуска аналитической программы «Рунетология».

Дата публикации: 11-10-2017

Ещё новости


  12.12.2017  Atari планирует открыть предзаказ на консоль Ataribox в этот четверг

Новая консоль, стилизованная под Atari 2600, была показана в двух вариантах: со стилизацией «под дерево» и в более современном варианте с использованием черного и красного цветов. Ataribox была анонсирована...

  12.12.2017  Слухи: смартфон Honor 9 Lite превзойдет Honor 9 по размеру и разрешению экрана

Подробностями о потенциальной новинке поспешил поделиться китайский источник. У представленного в июне смартфона Honor 9 может появиться упрощенная версия Honor 9 Lite. То есть несмотря на название, Lite...

  11.12.2017  Meizu выпустила в России продвинутую версию своего самого доступного смартфона

Напомним, модель позиционируется компанией как ее самый доступный смартфон. Компания Meizu сообщила о начале продаж продвинутой версии смартфона M5c в России. Теперь стал доступен вариант с 32 ГБ встроенной...

  12.12.2017  АФК «Система» и РКИФ продадут пакет акций «Детского мира» на 5,9 млрд рублей

Таким образом, компании планируют продать в общей сложности около 59 млн акций. «Система» планирует продать до 6,3% акций компании, фонд — до 1,7%. Стоимость общего пакета в 8% оценивается примерно в 5,9...

  12.12.2017  Павел Дуров рассказал об открытии офиса Telegram в Дубае

«Это дело принципа. По словам Дурова, он выбрал Дубаи в том числе из-за нулевых налогов. К концу года ты можешь отдать половину выручки в виде налогов — по сути, это означает, что 180 дней в году ты работаешь...



Все новости
 
 

Дисконтная карта

Если общая сумма ваших покупок в нашем магазине превысит 1000$, вы станете счастливым обладателем дисконтной карты RusMT - Countdown.

По дисконтной карте предоставляется скидка на портативные компьютеры в размере 2%.

Дисконтная карта не является именной, ею могут воспользоваться ваши друзья, знакомые, коллеги по работе.

Дисконтная карта позволяет пользоваться скидками во всех предприятиях торговли, входящих в дисконтную систему “Countdown” по всему миру.
Подробнее о карте

© 2003-2017, РусМТ: интернет магазин ноутбуков.
Все права защищены


Телефон: (495) 080-12-33
Заказ on-line: ICQ1 ICQ33455772
Заказ on-line: ICQ2 ICQ995423